Большинство англичан, слышавших когда-либо об обратном сленге, считают, что эта форма речи была распространена в основном в двадцатом веке в среде лондонских мясников, часть которых до сих пор говорят на ней. Но фактически обратная речь была изобретена уличными торговцами викторианской эпохи (на полвека раньше) и ее основной целью было скрывать смысл особенно часто использующихся слов от покупателей и лондонской полиции.

        Что же это вообще такое? Ну, каждый – по крайней мере, в Англии – точно знает одно слово, принадлежащее к обратному сленгу: yob. Boy наоборот. Возьмите любое английское слово и переверните его – это и есть главный принцип обратного сленга. Однако не все слова подвергались переворачиванию, можно даже сказать, что таких слов было довольно мало (набор слов равнялся запасу лексики среднестатистического уличного торговца) и в большей степени был представлен глаголами, существительными, количественными числительными и некоторыми прилагательными.

         Occabot, к примеру, оказывался tobacco, tib был bit, а vatch – have(чуть попозже вернемся к подробному объяснению этого момента). Поэтому предложение “have you a bit of tobacco?” звучало бы “vatch you a tib of occabot?” Но ведь далеко не все слова дают “переворачивать” себя настолько просто, поэтому создается такое впечатление, что кто-то серьезно думал над тем, как же это сделать – так рождались некие определенные правила использования этого сленга. И самым удивительным было то, что в своей основе сленг-перевертыш опирался именно на письменную речь. То есть переворачивали слово, исходя из его написания, а не из того, как оно звучит. А если же вспомнить о том, что уличные продавцы викторианской эпохи в своей основной массе были неграмотными, то можно предположить, что над созданием этого сленга потрудился кто-то более образованный.

         Возьмем, допустим, слово talk, перевернуть его на слух не составляет никакого труда – оно превращается в caught. Но те, кто использовал обратный сленг, почему-то отталкивались не от звучания, а от написания слова, а, следовательно, talk превращалось в klat. Слово knife, тоже достаточно сложное в написании: перевернуть его согласно звучанию – и выйдет fine, но правильный вариант все же будет efink. Похожая ситуация и с half – “l” в этом слове не произносится. Но в перевернутом варианте носители сленга учитывали его. Что особенно интересно, при переворачивании в конце этого слова оказывалась буква “h”, которую в этом случае не произносят, поэтому она превращалась в звук “tch”. Так half становилось flatch, have – vatch, hot – totch, horse – esrotch и т.д. Буквосочетание “th”, перевернуть которое было слишком сложно, сохранялось в неизменном виде, поэтому three становилось earth. Не менялось и “sh”(fish – shif).

        Проблемными были и дефтонги, так как при переворачивании многие из них попросту не читались. Взять для примера дефтонг “ou” в слове trousers, на обратном сленге оно звучало как reswort. Week упрощалось, становясь kew.

        Примечательно было и то, что многие слова в обратном сленге начинались на “e”, потому что их оригиналы заканчивались на эту букву (apple – elppa). Должно быть, по этой причине в некоторые слова даже специально добавлялась дополнительная “e” (girl – elrig, penny – yennep).

        Иногда эти правила нарушались. Best, которое должно было звучать как steb, становилось zeb. Многие слова и вовсе сокращались, например, police – esclop, упрощалось до просто slop.

        Итак, лондонские мясники действительно стали использовать обратный сленг, но только к концу девятнадцатого века, когда уличные продавцы начали постепенно забывать его. Поэтому в двадцатом веке обратный сленг полностью перекочевал во владение мясников. Общаясь на обратном сленге, мясник и его помощник могли переговариваться между собой в присутствие клиента и оставаться непонятыми. Об одном реальном примере использования обратного сленга было написано в лондонской газете: когда в мясную лавку зашла женщина, которую мясник, мягко говоря, недолюбливал, он обратился к своему помощнику со словами “tuck the dillo woc a tib of dillo woc”, что означало “cut the old cow a bit of old cow”(отрежь этой старой корове кусок старой коровы).

        Если говорить в общем, то обратный сленг таит в себе много странностей. Уличные торговцы в Лондоне, как известно, переделывали только те слова, которые были им необходимы, но в обратном сленге можно найти такое слово как nosrap – parson (священник), а ведь далеко не многие из них знали о христианстве и, конечно, в церкви бывали лишь единицы. Но почему тогда им понадобилось секретное слово для священника, когда они его даже никогда не видели и не имели с ним никаких дел? Или зачем им нужно было особое слово для луны (moon – noom)? Насколько часто они использовали его в повседневном общении? “Cool the nosrap in the noom-light?” (Смотри, священник в лунном свете). Относится ли это как-то к торговле? Можем ли мы купить что-нибудь подобное? On is “no”, say is “yes”.  : )